Рассказ о птицах

Рассказ о птицах “В стране белого аиста” – ч.5.

В двадцати метрах от гнезда мы построили трехметровую колченогую вышку. Пока я, забравшись наверх, устанавливала штатив и привинчивала объектив, аистиха, которая в то время была «дежурной» по гнезду, изредка щелкала клювом «тук… тук… тук…», как бы говоря детям: «Внимание! Осторожно!» Птенцы при любом стуке родителей – хоть с длинными интервалами, хоть с короткими – смирно укладывались на дно гнезда.

Вскоре стало ясно, что взрослые птицы ко мне давно уже, видимо, пригляделись. Через несколько минут ни на меня, ни на мой фотоаппарат никто больше не обращал внимания, и я могла спокойно начинать съемку, уже не боясь растревожить аистиную семью. Однако переполох в гнезде возникал, на день по нескольку раз. Родители почему-то с особой настороженностью относились к своим соплеменникам, если те появлялись поблизости. Увидев в небе чужого аиста, наша пара тотчас спешила вернуться на гнездо. Птицы принимали позы как во время тока – опускали крылья, приседали, запрокидывали головы на спину и угрожающе трещали клювами. Меня удивило, что так же повели они себя и в тот единственный раз, когда вблизи пролетела сизая чайка. Самка стучала клювом, стоя на гнезде, самец эффектно запрокинул голову, распус­тил крылья и изящно изогнулся, стоя на вершине телеграфного столба. Сопровождаемая таким почетным приветствием, чайка спокойно пролетела мимо и скрылась. Канюку, который часто парил невдалеке, аисты не уделяли большого внимания. Стоящая на гнезде птица только стучала клювом ему вдогонку и продолжала заниматься своим делом.

Однажды во второй половине июля, когда взрослых не было «дома», с высоты на гнездо начали спускаться четыре аиста. Я уж испугалась, не обидели бы они аистят, но тут поспешно прилетел один из родителей. Он затрещал с большой тревогой. Вскоре появился и второй аист. Накрыв птенцов крыльями, он начал хрипеть и стучать, запрокинув голову на спину. Чужаки нехотя улетели. Похоже, что родители видели наибольшую опасность для птенцов в своих сородичах.

Почему всех аистов так интересует гнездо именно в деревне, зачем им так нужны люди?

Конечно, человек своим присутствием защищает птиц от крупных хищников. Но не это главное. Основное заключается в том, что люди своим трудом обеспечивают птицам наличие хороших угодий для охоты. Даже к нашей крошечной деревне со всех сторон примыкают поля, покосы, выпасы. Особенно становится ясно, что значит для влажных земель Северо-Запада присутствие тружеников-земледельцев, если познакомиться с местами ими покинутыми. Уже через несколько лет участки посуше зарастают кустами и лесом, а низины заболачиваются, покрываются жесткими кочками осоки, пушицей, геранью. Все это разнотравье образует непроходимые для длинноногих птиц заросли.

Живописно выглядят заброшенные хутора – памятники ушедшей отсюда человеческой жизни. Их много раскидано на Псковщине, и каждый из них имеет свое лицо, хотя время до неузнаваемости изменило былой ландшафт. Взять хотя бы Иванов хутор, расположенный в двух километрах от нашей деревни. Его совсем поглотил лес. Былые покосы и поля заросли осинами и березами. Несколько лет тому назад, собирая там грибы, я повстречала старика с корзинкой и большим ножом в руках. Ему было уже восемьдесят лет, он жил в Ленинграде и работал банщиком. Мальчиком же он с отцом, братьями, сестрами и мачехой жил здесь. Как же шла их жизнь? Уж нет сомнения, что главным в ней была работа. Одна семья посреди леса! Надо поддерживать покос, оберегая его от насту­пающих кустов, сеять хлеб, сажать картошку, обеспечивать едой и себя, и скотину и еще производить кое-что на про­дажу, чтобы иметь деньги на покупку нужных вещей. В лесу до сих пор видны канавы и большая яма – мочило для льна, похожая на маленькое озерцо. Все это было вырыто вручную.

Дорога на хутор заросла мелкими кустами и тонкими де­ревцами, но не исчезла. Ее поддерживают кабаны и лоси, и теперь она превратилась в звериную тропу, которой ее хозяева пользуются и летом, и зимой. Эти дороги, проложенные людьми между хуторами, проходят по удобным сухим гривам, потому они и привлекают диких животных.

Тропка вывела нас на маленькую полянку. На ней красо­валась старая могучая раскидистая береза. Она так много видела на своем веку. В одном углу полянки можно был заметить яму, поросшую высокой травой,- избище. Это все, что осталось от дома. Гораздо больше сохранилось от сада. На поляне стояло несколько толстых шершавых яблонь со спутанными ветками. Много сучьев засохло, но немало было и живых, приносящих кисло-горькие плоды, которые приходятся по вкусу кабанам. Дикие свиньи каждую осень лакомятся здесь падалицей. В дупле одной из яблонь устроила гнездо большая синица. Посреди поляны образовали густые заросли кусты шиповника. Летом они покрываются крупными ярко-красными цветами.

Сейчас, кроме встреченного мною старика, никого из хозяев хутора нет в живых. И хотя посаженные ими деревья и кусты еще растут, поляны, огороды и пастбища исчезли бесследно. А аистов привлекают именно они. Это сразу станет ясно, если посмотреть, как охотятся птицы. Возле нашей деревни они ходили большими шагами по скошенному полю тимофеевки. Периодически то один, то другой резко ударял что-то клювом вероятно, лягушку, невидимую для меня в траве,- и тут же глотал. Птицы каким-то образом умудрялись одним движением клюва и убить и отправить добычу в рот. Казалось бы, в пищеводе их жертва должна еще быть живой. Однако, когда, аисты отрыгивали корм на гнезде, никогда не случалось, чтобы лягушки или мелкие грызуны, которых птицы тоже охотно ловили, пробовали убежать или двигались.

Читать – рассказ о птицахч.6

Обратно к предыдущей статье

Здесь вы можете написать комментарий к этой записи

* Текст комментария
* Обязательные для заполнения поля

Внимание: все отзывы проходят модерацию.